Новокузнецкое городское телерадиообъединение

400 СЛАВНЫХ ЛЕТ: ГОД ЗА ГОДОМ, ДЕНЬ ЗА ДНЁМ

// Автор: Вячеслав Паничкин

1616–1618 годы: основание постоянного острога

1616-й

После взятия ордами «царских непослушников» первого Кузнецкого острога осенью 1615 года уже на следующий год казачий отряд из Томска двинулся в Кузнецкую землю «ко князьком и к лутчим людем для государева ясаку и к шерти (к присяге) приводить». В волостях Чорской, Елесской, Абинской, Тюлиберской, Сарачевской, Карге, Кове и Кобе, где побывали сборщики, ясак собрать. Как водится, не удалось. Казак Иван Теплинский в челобитной царю сообщал: «Кузнецкие, государь, князьки и лутчие люди тебе государю ясак не дали и не шертовали и меня, государь, холопа твоего, ограбили, и платье поснимали, и санапал (самопал) и саблю отняли. Вышел из Кузнецов душою да телом, и голод, и стужу, и великую нужду терпел, и от того грабежу обдолжал великими долги».

А вот более удачливому казаку В. Ананьину осенью 1616 года удалось-таки собрать небольшой ясак в некоторых ближних Кузнецких волостях.

1617-й

6 августа 1617 года в Преображение Господне (сейчас это 20 августа) царь Михаил Фёдорович подписал указ «поставити острог в Кузнецах».

Поздней осенью 1617 года томские воеводы Фёдор Васильевич Бабарыкин и Гаврила Юдич Хрипунов отправили отряд из 45 казаков Тобольска, Тюмени, Верхотурья, Туринска и Томска с наказом «поставити острог при устье Кондобы и Томи».

Отписка Тобольского воеводы князя Ивана Куракина Туринскому воеводе Даниле Вельяминову об устройстве острога в Кузнецах: «По государеву царёву и великого князя Михайло Фёдоровича всея Русии указу, велено поставити острог в Кузнецах, а для острожные ставки велено людей послати изо всех сибирских городов. И тебе б, господине, для твое острожные ставки сказати стрельцом 10 человекам, а велети им на твое службу выбираться самим… И тебе б, господине, дать им хлебное жалование на нынешний на 126-й год (то есть 7126 год от сотворения мира, что соответствует 1617 году) оклады их сполна, …а смолоть тот хлеб велеть на государевой мельнице даром, а денежное жалование дадут им в Тобольску...».

В 1617 году в Москву понеслась челобитная томских казаков Фёдора Борисова с товарищами о жаловании за службу в Кузнецкой земле: «Царю государю и великому князю Михаилу Федоровичу всея Руси бьют челом холопи твои Томского города пешие казаки и во всех своих товарищей место 45 человек. В нынешнем, государь, во 126 году (1617-м) по твоему царскому указу... послали нас... на усть Кондобы в Кузнецкий острог поставить… А пошли мы хопопи твои на твою царскую службу в Кузнецы без твоего царского жалования. А дано нам... на прошлый год половина, три рубля. И мы, холопи твои, пошотчи на твою царскую службу в Кузнецы, должилися великими долгами... Вели, государь, нам додати... жалование за прошлый год и на нынешний».

1618-й

В январе 1618 года отряд казаков, отправленный из Томска ставить острог в Кузнецах, остановился на зимовку в Тулубердской волости – самой северной из кузнецких волостей. На «Чертеже земли Кузнецкого города» Семёна Ульяновича Ремезова она показана на правом берегу Томи, между притоками Тайдоном и Нижней Терсью. В Томске это решение Михалевского не встретило одобрения.

18 февраля 1618 года томские воеводы послали в подмогу засевшего на отряду Михалевского на лыжах отряд конных казаков татарского головы Осипа Кокорева и казачьего головы Молчана Лаврова с повелением «на усть Кондомы реки, присмотря место угожее, где были угодьи всякие, поставити острог, и всем укрепити, и Кузнецких волостей людей под государеву высокую руку призывать ласкою, а не жесточью». По прибытии пополнения отряд продолжил путь.

14 апреля 1618 года отряд во главе с сыном боярским Остафием Харламовичем Михалевским, татарским головой Осипом Кокоревым и казачьим головой Молчаном Лавровым поставили острог на нынешней Красной Горке (у деревни Букино).

3 мая 1618 года Лавров и Кокорев вернулись в Томск, а Харламов был назначен воеводой кузнецких волостей и первым кузнецким атаманом. В документах тех лет должность Михалевского обозначена как «письменный голова». Кроме того, Харламов был первым из всего лишь трёх воевод, назначенных Томском – последующие «головы» отвечали царскому требованию – «особые воеводы из Москвы». В одной из сибирских летописей из «Книги Записной» по поводу первых воевод сказано: «а приказные люди ставили острог и седоками быть указано на время из Томского города». Что касается Остафия Михалевского, то он выделялся даже в яркой плеяде сибирских военачальников того сурового века. Пришёл он в Сибирь с ватагой Ермака, а, по мнению историка Михаила Сорокина, был он казаком «литовского списку», взятым в русский плен в пору Смуты. При осаде Чингис-городка догнал и одолел в бою князька Тарлава, а позже открыл России Телецкое озеро.

В июне 1618 года пешие казаки Федька Борисов, Данилка Анисимов, Стенька Ядринский, Митька Збигнев и Васька Казаков «да во всех своих товарыщей место 45» (то есть от имени 45 других казаков) написали челобитную царю. Жаловались они, что за 1617 год им было выплачено лишь по полтора рубля, а в 1618 году вообще ничего, поэтому казаки «должилися великими долгами, давали на себя кабалы, а имали в долг платье и обуви и харчь, и головы свои позакабалили, и животишков своих избыли, и в долгу погибли до конца без твоего царского жалования».

В июне 1618 года воеводу Остафия Харламова сменили Осип Кокорев и Бажен Карташев.

Первый летописно отмеченный семейный конфуз приключился в семействе первого же кузнецкого священника Аникудима ещё в 1618 году. Батюшка отказался давать матушке (супруге то бишь) денег на платье, и та осталась в чём мать родила. Спасибо воеводе Остафию Харламову – добрый человек попался: выделил ей на бедность мешковину.


Просмотров статьи: 176