Новокузнецкое городское телерадиообъединение

«Судьба прошлась по мне колесом»

// Автор: Татьяна ШИПИЛОВА
// Фото: Мария КОРЯГА

 

Среди новокузнецких пограничников стало доброй традицией приглашать для участия в акции «Свеча памяти» ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Воронина. Военные считают за честь провести эти памятные минуты вместе с живой легендой. Фёдору Михайловичу на исходе войны довелось защищать рубежи нашей Родины на Дальнем Востоке, в боях с милитаристской Японией.

 «Отправьте меня на фронт!»

Фёдору Воронину не было ещё и восемнадцати лет, когда он, житель одного из сёл Омской области, сын ссыльного в Сибирь кулака, в 1944 году зачастил в военкомат с просьбой отправить его на фронт. Первые две его просьбы категорически отклонили. Перед своим третьим заходом Фёдор попросил сельский комитет комсомола походатайствовать за него. В конце концов, заявление приняли и направили парня сначала на сборы в Омск, а затем в Бийск – проходить курс молодого бойца.

После окончания курса распределили в 53-й Хинганский краснознамённый погранотряд на станцию «Даурия». Фёдор Воронин попал на заставу под названием «Мысовая». Как только на дальневосточных рубежах начались военные действия с японскими войсками, из пограничников тотчас сформировали погранбатальон. Его основной обязанностью было идти вслед за советскими бойцами, чтобы проводить так называемую зачистку. Вновь сражаться с оставшимися на поле боя, спрятавшимися в лесах японскими солдатами.

Кровавые реки 

Перед одним из таких лесных массивов у реки Дербул батальону пограничников было приказано выбить из него сопротивляющийся японский отряд. 

– Война, можно сказать, прошлась по мне колесом. Помню как сейчас эту болотистую низину перед лесом. В разведку послали двух из нашего батальона – сержанта Козлова и ещё одного солдатика, чью фамилию запамятовал. Ребята ушли и не вернулись. Пришлось идти в наступление без данных разведки и выбивать из леса японцев как придётся. Когда бой закончился, мы нашли наших разведчиков. Уже погибших… Солдата японцы просто убили. А на спине сержанта Козлова с особой жестокостью вырезали звезду, – вспоминает Фёдор Михайлович. 

Был в его боевой биографии и такой эпизод. Лётчики двух наших самолётов, не получив вовремя необходимые сведения и считая, что сбрасывают снаряды на японские окопы, стали бомбить уже занявших позиции советских пограничников. «Одна из бомб взорвалась рядом, сзади меня. Признаюсь, я, восемнадцатилетний парнишка, от жуткого перепуга вскочил и побежал в сторону леса, где затаились японцы. Командир батальона, видя этот неудержимый бег в сторону врага и посчитав его за отчаянную храбрость, поднял вслед за мной батальон в атаку. Видя такой напор, японцы побежали в сторону реки. Многие из них раненые, а это около сотни человек, от страха прыгали в воду. Никогда я больше не видел такой, к своему ужасу, красной от крови речной воды, – замечает ветеран. 

После боя командир батальона вызвал к себе молодого пограничника и заявил: «Воронин, за то, что поднял в атаку бригаду, тебе полагается орден Славы третьей степени». Так ещё совсем юный Фёдор Воронин вскоре получил свою первую награду.

Противник, готовый к смерти

То, что кровь во время боёв лилась рекой, и что война шла по всем «колесом», говорит и такой случай. Безудержные в своей храбрости японские солдаты были достойными соперниками. Они бесстрашно шли на смерть. Однажды пограничники взяли в плен трёх японцев. Пока вели их в штаб на допрос, пленные, выбрав момент, сгруппировались и тут же подорвали себя каким-то образом спрятанной кем-то из них гранатой. 

После первых столкновений с противником погранбатальон с боями прошли Харбин, Хайлар и Чанчунь. Во время последнего боя Фёдор Михайлович был ранен в ногу осколком взорвавшейся гранаты. «Лежу я на земле оглушённый взрывом и слышу крик: «Федьку Воронина убило!» Думаю: где же я тогда нахожусь, если лежу убитый, а крики своих товарищей слышу?» – вспоминает он. 

Войдя в деревню Драгоценка, где в русских казармах перед этим стояли японские войска, пограничники нашли вражеский сейф с документами и фотоаппаратом-лейкой. Документы достались командованию бригады, а фотоаппарат – Фёдору Воронину, который с детства увлекался фотографией. (В настоящее время эта реликвия хранится в музее пограничников Новокузнецка). 

«Рвался на юг – оказался в Сибири»

После окончания войны и завершения учёбы в военном училище, в 1951 году Фёдора Воронина направили в Архангельскую область. Но пробыл он на новом месте службы всего лишь неделю. Его вновь отправили учиться, только на этот раз в Ленинград, в военно-политическую школу МВД. «Затем мой выбор пал на «Южкузбассуголь», которому требовалась военизированная охрана. Я тогда думал, что это предприятие находится где-то в тёплых краях, на юге. И очень удивился, что этот самый «тёплый юг» – в Западной Сибири», – улыбается ветеран. Так он оказался в воинской части Абагура-Лесного, где прослужил с 1955-го по 1972-й годы. По завершению устроился работать школьным военруком. Фёдору Михайловичу даже однажды пришлось в течение трёх лет в организованном им кооперативе изготавливать школьную мебель, которая в годы перестройки была большим дефицитом.

Парадный китель для ветерана 

В свои нынешние 93 года ветеран пограничных войск остаётся по-прежнему активным и энергичным. С удовольствием по приглашению школ ходит на уроки памяти и мужества. От души работает на даче. 

В Новокузнецкой городской организации ветеранов пограничных войск Фёдора Михайловича уважают, почитают. По словам заместителя председателя организации Сергея Слекишина, они для «своего участника Великой Отечественной войны» даже военную форму образца 1943 года изготовили. Шили её в Кемеровском специализированном ателье по фотоснимкам из книг тех лет.

К форме подобрали сапоги, фуражку и специальные нашивки. Чтобы собрать для ветерана это парадное обмундирование, у новокузнецких пограничников ушло три месяца. Зато вот уже на протяжении нескольких последних лет Фёдор Михайлович выходит на парад Победы в сшитой специально для него форме. В ней он был и на памятных мероприятиях 22 июня. 


Просмотров статьи: 43